Деникин: биография и его роль в гражданской войне

Генерал Деникин и его роль в гражданской войне в России (1918 -1922 гг.)

Антон Иванович Деникин родился 17 (4) декабря 1872 года в деревне Шпеталь Дольный, пригороде города Влоцлавска — уездного городка Варшавской губернии.

  • Отец Деникина — Иван Ефимович был отставным майором пограничной стражи, сданным в 27 лет своим помещиком в солдаты. Детство маленького Антося (так его называли дома) прошло в бедности, поскольку семья жила на пенсию отца, которая составляла 36 рублей в месяц, что даже на царские деньги было немного.
  • Мать Деникина — Елизавета Федоровна Вржесинская — была католичкой, и Антон говорил с ней по-польски, а с отцом по-русски. Несмотря на явные различия в вероисповеданиях, Антон воспитывался в «русскости и православии». Мать подрабатывала шитьем, что приносило в семью немного дополнительного заработка. Безусловно, Антон Иванович имел куда более «пролетарское происхождение», чем его будущие противники — Владимир Ленин, Лев Троцкий и др.

Примечательно, что Деникин воспринимал бедность семьи как нечто само собой  разумеющееся — видимо, уже тогда  закладывалась его кристальная  честность.

Русской грамоте Деникин  выучился в четыре года, что явилось  большим подарком к очередному дню рождения отца. В 1882 году в возрасте девяти лет он выдержал приемный экзамен в первый класс Влоцлавского реального училища. После смерти отца стало еще тяжелее, так как пенсия уменьшилась до 20 рублей в месяц, и в 13 лет Антон уже начинает подрабатывать репетиторством.

В июне 1890 года Деникин поступает вольноопределяющимся в 1-й стрелковый полк. Началась суровая  солдатская жизнь — казарма, жалованье  в размере 22,5 копейки в месяц. Осенью того же года Деникин поступает  в недавно открывшийся военно-училищный курс Киевского пехотного юнкерского училища (в настоящее время в здании училища — Институт связи ВС Украины).

Быстро  пролетели два года, и 4 августа 1892 г. только что произведенный в подпоручики Деникин получил назначение во 2-ю артиллерийскую бригаду, которая стояла в 159 км от Варшавы. Деникин по духовным запросам и начитанности стоял выше своих сослуживцев и пользовался среди них большим авторитетом и уважением. Он принадлежал к числу людей, анализирующих жизнь и события. К его мнению прислушивались, «на него приглашали»— «приходите сегодня, посидим, поговорим, Деникин будет».

Осень 1895 года — новый этап жизни: Деникин  поступает в Академию Генерального штаба. Петербург, высший свет, первый бал в Зимнем дворце, впервые увидел императора… Здесь же, в академии, Деникин проявил свое высочайшее гражданское мужество. Случилось так, что новый начальник этого учебного заведения генерал Николай Сухотин (друг военного министра Алексея Куропаткина) совершенно произвольно изменил списки выпускников, причисленных к Генеральному штабу, и Деникин не попал в их число. Примириться с подобным произволом Деникин не мог и прибегнул к единственно возможному средству — жалобе, предусмотренной уставом. «Так как нарушение закона и наших прав, — писал он впоследствии, — совершено было по резолюции военного министра, то жалобу надлежало подать на него его прямому начальству, то есть Государю Императору… Я написал жалобу на Высочайшее имя…»

Итак, никому не известный армейский штабс-капитан, без связей, без протекции, без имени, — против военного министра! Этот случай стал широко известен в Петербурге. Весь педагогический совет был на стороне Деникина. На выпуске академии генерал Куропаткин представил государю Деникина как офицера, не причисленного к Генеральному штабу за… характер. Жалобу оставили без последствий, хотя Деникин и получил капитана досрочно как успешно окончивший академию. Один из близко знавших его людей писал: «Обиду несправедливостью молодой капитан Деникин переживал очень болезненно. По-видимому, след этого чувства сохранился до конца дней и у старого генерала Деникина. И обиду с лиц, непосредственно виновных, перенес он много резче, чем это следовало, на режим, на общий строй до самой высочайшей, возглавляющей его вершины».

Так или иначе, но все происшедшее действительно оставило в душе Деникина «разочарование в правде монаршей». Однако историкам, имеющим ярко-красную окраску, в этом месте не стоит потирать руки. Несмотря на модное в настоящее время учение о якобы «неисправимом республиканце Деникине», который «случайно» оказался в Белом движении, словами самого Деникина можно сказать, что его политические убеждения выражались в приверженности к конституционной монархии, и он до конца службы сохранил верность присяге, данной государю и отечеству.

Снова 2-я артбригада, служебные будни. Спустя два года Деникин пишет  письмо Куропаткину и просит его  разобраться в давней ситуации. К  чести генерала Куропаткина, во время  ближайшей аудиенции у государя он «выразил сожаление, что поступил несправедливо, и испросил повеления» на причисление Деникина к Генеральному штабу, которое состоялось летом 1902 года.

Во  время цензового (обязательного  и ограниченного по времени) командования ротой в 183-м Пултусском пехотном полку капитан Деникин опять «отличился». Придя в роту, он отменил все дисциплинарные взыскания и говорил солдатам: «Вы же хорошие люди, ведите себя хорошо и одергивайте сами нерадивых». Рота училась лениво, вела себя средне. Впоследствии Деникин узнал, что после его ухода фельдфебель Сцепура, собрав роту и показав свой увесистый кулак, сказал солдатам: «Я вам не капитан Деникин! Ясно?». Рота очень быстро поправилась…

Русско-японская война, рапорт Деникина, фронт. Здесь  он быстро выдвигается в ряды самых  выдающихся офицеров Генерального штаба. Не любя штабной работы, Деникин рвется на передовую, на роль самостоятельного командира, ставя на карту всю дальнейшую карьеру. Первые ордена, «Деникинская сопка» в Цинхеченском сражении, производство за отличия в боях в подполковники и полковники. В то время получение полковника на тринадцатом году службы говорило об успешной карьере.

После войны Деникин занимает ряд штабных  должностей, печатается в военной  прессе. Свои литературные опыты он начал еще во 2-й артбригаде. Рассказы о военном быте и статьи военно-политического содержания он печатал вплоть до Первой мировой войны под псевдонимом «И. Ночин». За границей Антон Иванович побывал как турист во время очередного отпуска — первый и единственный раз до эмиграции. Он посетил тогда Австрию, Германию, Францию, Италию и Швейцарию.

В июне 1910 года полковник Деникин становится командиром 17-го пехотного Архангелогородского  полка, который был расквартирован в Житомире и входил в состав частей Киевского военного округа. Полк всегда маневрировал лучше своих собратьев по дивизии — сказывался боевой опыт Деникина, и проглядывался будущий талант. В июне 1914 года Деникин производится в генерал-майоры и назначается генералом для поручений при командующем войсками Киевского округа. Снова Киев — город юности и офицерской молодости.

Деникин жил в доме №40 по ул. Большая Житомирская  вместе с матерью. Казалось, что наконец-то в их маленькую семью пришли покой, достаток и умиротворение… С началом  Первой мировой Деникин получает назначение в штаб 8-й армии генерала Алексея Брусилова, но просится в строй. 6 сентября 1914 года с назначением генерала Деникина командиром знаменитой 4-й Железной стрелковой бригады начинается его полководческая слава. Бригада стала «пожарной командой» 8-й армии, а затем и всего Юго-Западного фронта. Бросаемая генералом Брусиловым на самые тяжелые участки фронта, она доблестно выходила из всех ситуаций благодаря блестящему командованию своего начальника.

Эти строчки резко отличаются от того, что писала советская пресса о «бездарном» Деникине. Вот его характеристика одним из офицеров штаба 8-й армии: «Не было ни одной операции, которой он не выполнил бы блестяще, не было ни одного боя, которого бы он не выиграл…».

А ведь в одном из боев Антон Иванович мог войти в историю гораздо  раньше! Его бригада стремительно контратаковала австрийцев, которыми командовал эрцгерцог Иосиф. Однако тот оказался «хорошим бегуном на длинные дистанции», и пленение не состоялось, но еще горячий кофе эрцгерцога в посуде с вензелями Деникин все же попробовал. В одной из таких операций его бригада, развернутая к тому времени в дивизию, берет равное себе по численности количество пленных.

Ордена Св. Георгия 4-й и 3-й степени и Георгиевское оружие уже украшали прославленного генерала. Еще в начале 1915 года Деникину была предложена должность начальника дивизии, но он не пожелал расставаться со своими «железными» стрелками. Проявляется одна интересная черта Деникина: он был на «ты» только с друзьями детства и со своими товарищами из 2-й артбригады. Даже с людьми, которые стали ему бесконечно дороги (генералы Сергей Марков и Иван Романовский), он не переходил на «ты».

В победном брусиловском наступлении  дивизия Деникина, действуя на острие прорыва, первой ворвалась в Луцк, за что Деникин получает уже весьма редкую по тем временам награду — вторично Георгиевское оружие, усыпанное бриллиантами, с надписью: «За двукратное освобождение Луцка». Навстречу дивизии Деникина немцами была брошена знаменитая 20-я Брауншвейгская «Стальная» дивизия, о которой в германской армии ходили легенды.

Испытав в первый же день стойкость «железных» стрелков, немцы вывесили в сторону русских траншей плакат: «Ваше железо не хуже нашей стали, но мы его разобьем!». Ответ русских был короче: «А ну попробуй, немецкая колбаса!» В течение пяти дней 42 раза немцы бросались в отчаянные атаки, но русское железо оказалось крепче. От некогда славного соединения немцев в полках осталось по 300—400 штыков. За первые 14 месяцев войны бригада Деникина выручила из сложных положений 16 различных корпусов. Боевой итог бригады-дивизии Деникина за всю войну — 70 000 пленных солдат противника и 49 орудий.

В октябре 1916 года в Киеве умирает мать Антона Ивановича. Получив краткий отпуск, Деникин хоронит ее — и снова фронт. Дальнейшая боевая деятельность Антона Ивановича протекала на должности командира 8-го армейского корпуса и начальника штаба Верховного Главнокомандующего. Последнее назначение состоялось уже после революции, а далее — командование Западным и Юго-Западным фронтами. Видя преступную деятельность масонского Временного правительства, Деникин безоговорочно поддерживает «корниловский мятеж». И далее — арест, Быховская тюрьма, побег на Дон.

Здесь зарождалась Добровольческая армия, сюда стекался тоненькими ручейками  цвет русского офицерства, кадеты, студенты, солдаты, просто честные люди, которым  была небезразлична судьба отечества. Сюда же прибыла со знаменем и оружием основная часть юнкеров Киевского военного училища. Здесь же, на Дону, 7 января 1918 года совсем юная Ксения Васильевна Чиж — дочь хорошо знакомого Деникину генерала — становится его женой.

Добровольческая армия в составе 4 тысяч человек 22 (9) февраля 1918 года уходила в свой первый, овеянный легендами и получивший название Ледяного поход. Перед уходом Деникин категорически отказывает жене в просьбе взять ее с собой. Он полагает, что все его мысли и чувства должны принадлежать боевой работе. Весь смысл этого первого похода выразил в нескольких строчках генерал Михаил Алексеев, стараниями которого и было положено начало борьбы с большевиками: «Мы уходим в степи. Можем вернуться только, если будет милость Божья. Но нужно зажечь светоч, чтобы была хоть одна светлая точка среди охватившей Россию тьмы…».

У Антона Ивановича пропал чемодан  со всей военной и теплой одеждой. С карабином через плечо, в  дырявых сапогах, черной шапке и  очень потрепанном штатском городском  костюме мрачно шагал генерал  Деникин по глубокому снегу. Такой армии еще не знала история! Огромный процент офицеров, генералов, полковники на взводах… Официальная должность Деникина — заместитель командующего армией генерала Лавра Корнилова. Штурм Екатеринодара и смерть Корнилова…

Деникин безоговорочно принимает тяжкое наследство и выводит свою маленькую армию из тяжелейшего положения с честью. Болея душой за будущее России, генерал Деникин определяет для армии первостепенную цель — свержение власти большевиков. Постоянно проявляя свой блестящий стратегический талант, Деникин непрерывно наступает, прекрасно понимая, что любое промедление при постоянном численном превосходстве красных ведет к поражению. Несмотря на свой возраст и принадлежность к офицерам старой школы, он вносит немало новых элементов в боевую деятельность войск и военное искусство.

После 1-го Кубанского (Ледяного) похода к  армии присоединяется отряд полковника Михаила Дроздовского (киевлянина) с Румынского фронта. Пройдя с боями 1200 верст, Дроздовский соединяется  с армией Деникина. В ночь с 9 на 10 июля армия Деникина в составе 8—9 тыс. штыков, 21 орудия и двух бронепоездов выступает во 2-й Кубанский поход. Противник имел от 80 до 100 тыс. человек… «Добровольческие части, — писал впоследствии Антон Иванович, — формировались, вооружались, учились, воспитывались, таяли и вновь пополнялись под огнем, в непрестанных боях».

Антон Иванович Деникин: биография и личная жизнь

Антон Иванович Деникин (4 (16) декабря 1872, Влоцлавск, Российская Империя — 7 августа 1947, Анн-Арбор, Мичиган, США) — выдающийся русский военачальник, герой Русско-японскoй и Первой мировой войн, генерал-лейтенант (1916), один из главных руководителей (1918 — 1920) Белого движения в годы Гражданской войны.

Деникин родился в семье русского офицера.

Его отец, Иван Ефимович Деникин (1807 — 1885), крепостной крестьянин, был отдан помещиком в рекруты; прослужив в армии 35 лет, он вышел в отставку в 1869 году в звании майора; был участником Крымской, Венгерской и Польской кампаний (подавление восстания 1863 года). Мать, Елисавета Федоровна Вржесинская, по национальности полька, из семьи обедневших мелких землевладельцев. Деникин с детства свободно говорил на русском и польском языках.

Материальное положение семьи было очень скромным, а после смерти отца в 1885 году резко ухудшилось. Деникину приходилось подрабатывать репетиторством.

Деникин с детства мечтал о военной службе. В 1890 году, после окончания реального училища, пошел вольноопределяющимся в армию и был вскоре принят в Киевское юнкерское училище(с военно-училищным курсом).

Окончив училище, (1892) служил в артиллерийских войсках, a в 1895 поступил в Академию Генерального штаба (закончил eё в 1899).

Первый боевой опыт получил в русско-японской войне.

Hачальник штаба Забайкальской казачьей дивизии, а затем — знаменитой Урало-Забайкальской дивизии генeрала Мищенко, прославившейся дерзкими рейдами по тылам противника. В Цинхеченском сражении одна из сопок вошла в военную историю под названием Деникинской.

На момент начала Первой мировой войны генерал-майор Деникин служит в штабе Киевского военного округа.

В августе 1914 принимает участие в операциях 8-й армии в качестве генерал-квартирмейстера, вскоре добивается перевода из штаба в строй. С сентября 1914 командует знаменитой «Железной» 4-й стрелковой бригадой (затем дивизией), доблестно сражавшейся на самых тяжелых участках фронта. Участник «Брусиловского прорыва» 1916 года.

За успешные операции и личный героизм был награжден Георгиевским оружием, орденами Святого Георгия 4-й и 3-й степени и Золотым Георгиевским оружием с бриллиантами.

В 1916 г. был назначен командовать 8-м корпусом на Румынском фронте, где фактически он командовал и румынскими войсками, заслужив высший орден этой страны — Св. Михаила.

В апреле — мае 1917 Деникин являлся начальником штаба Верховного главнокомандующего, затем главнокомандующим Западным и Юго-Западным фронтами.

28 aвгуста 1917 был арестован за то, что резкой телеграммой Временному правительству выразил солидарность с генералом Корниловым.

Вместе с Корниловым содержался в Быховской тюрьме по обвинению в мятеже (так называемый «корниловский мятеж»). Корнилов и арестованные с ним офицеры требовали открытого суда, чтобы очиститься от клеветы и высказать России свою программу.

После падения Временного правительства обвинение в мятеже потеряло смысл, и 19 ноября (2 декабря) 1917 года Верховный главнокомандующий Духонин распорядился о переводе арестованных на Дон, однако Общеармейский комитет воспротивился этому.

Узнав о приближении эшелонов с революционными матросами, грозившем самосудом, генералы приняли решение бежать.

С удостоверением на имя «помощника начальника перевязочного отряда Александра Домбровского» Деникин пробрался в Новочеркасск, где принял участие в создании Добровольческой армии, возглавив 1-ю дивизию во время 1-го (Ледяного) кубанского похода, а после гибели Корнилова 13 апреля 1918 года — всю армию.

Ему удалось вывести из-под Екатеринодара на юг Донской области, понесшую большие потери армию, избежав окружения и разгрома. Там, благодаря тому, что донские казаки поднялись на вооруженную борьбу против большевиков, он получил возможность дать войскам отдых и пополнить их за счет притока новых добровольцев — офицеров и кубанских казаков.

В ночь с 22 на 23 июня 1918 года Добровольческая армия под ком. А. И. Деникина начала свой 2-й кубанский поход, завершившийся 17 августа взятием Екатеринодара.

В январе 1919 года главнокомандующий Вооруженными Силами Юга России генерал А. И. Деникин перевел свою Ставку в Таганрог.

8 января 1919 Добровольческая армия вошла в состав Вооружённых сил Юга России (В. С. Ю. Р.), став их основной ударной силой, а генерал Деникин возглавил В. С. Ю. Р. 12 июня 1919 он официально признал власть адмирала Колчака как «Верховного Правителя Русского государства и Верховного Главнокомандующего Русских армий».

К началу 1919 года Деникину удалось подавить большевистское сопротивление на Северном Кавказе, подчинить себе казачьи войска Дона и Кубани, отстранив от руководства донским казачеством прогермански ориентированного генерала Краснова, получить через черноморские порты от союзников России по Антанте большое количество оружия, боеприпасов, снаряжения, и в июле 1919 г. начать широкомасштабный поход на Москву. 9 июля большевиками был провозглашён лозунг «Все на борьбу с Деникиным!».

Сентябрь и первая половина октября 1919 г. были временем наибольшего успеха антибольшевистских сил. Успешно наступавшие войска Деникина к октябрю заняли Донбасс и обширную область от Царицына до Киева и Одессы. 6 октября деникинцы заняли Воронеж, 13 октября — Орёл и угрожали Туле. Большевики были близки к катастрофе и готовились к уходу в подполье. Был создан подпольный Московский комитет партии, правительственные учреждения начали эвакуацию в Вологду.

С середины октября 1919 г. положение белых армий Юга заметно ухудшилось. Тылы были разрушены махновским рейдом по Украине, к тому же против Махно пришлось снимать войска с фронта, а большевики заключили перемирие с поляками и с петлюровцами, высвободив силы для борьбы с Деникиным.

Создав количественное и качественное превосходство над противником на главном, орловско-курском, направлении (62 тысячи штыков и сабель у красных против 22 тысяч у белых) в октябре Красная армия перешла в контрнаступление.

В ожесточённых боях, шедших с переменным успехом, южнее Орла малочисленным частям Добровольческой армии к концу октября войска Южного фронта (командующий В. Е. Егоров) красных нанесли поражение, а затем стали теснить их по всей линии фронта. Зимой 1919-1920 годов деникинские войска оставили Харьков, Киев, Донбасс, Ростов-на-Дону.

В феврале-марте 1920 г. последовало поражение в битве за Кубань, вследствие разложения Кубанской армии (из-за своего сепаратизма — самой неустойчивой части В. С. Ю. Р.). После чего казачьи части Кубанской армий разложились окончательно и стали массово сдаваться в плен красным или переходить на сторону «зелёных», что повлекло за собой развал фронта белых, отступление остатков Белой армии в Новороссийск, а оттуда 26-27 марта 1920 г. отход морем в Крым.

После гибели бывшего Верховного Правителя России адмирала Колчака всероссийская власть должна была перейти к генералу Деникину.

Однако Деникин, учитывая тяжёлое военно-политическое положение белых, не принял эти полномочия официально. Столкнувшись после поражения своих войск с активизацией оппозиционных настроений в среде белого движения, Деникин 4 апреля 1920 г. оставил пост Главнокомандующего В. С. Ю. Р., передал командование барону Врангелю и в тот же день отбыл в Англию с промежуточной остановкой в Стамбуле.

На территориях, контролируемых Вооруженными Силами Юга России, вся полнота власти принадлежала Деникину, как главнокомандующему.

При нём действовало «Особое совещание», исполнявшее функции исполнительной и законодательной власти. Обладая по сути диктаторской властью и будучи сторонником конституционной монархии, Деникин не считал себя вправе (до созыва Учредительного собрания) предопределять будущее государственное устройство России.

Он старался сплотить как можно более широкие слои Белого движения под лозунгами «Борьба с большевизмом до конца», «Великая, Единая и Неделимая», «Политические свободы». Такая позиция была объектом критики как справа, со стороны монархистов, так и слева, из либерального лагеря.

Призыв к воссозданию единой и неделимой России встречал сопротивление со стороны казачьих государственных образований Дона и Кубани, добивавшихся автономии и федеративного устройства будущей России, а также не мог быть поддержан националистическими партиями Украины, Закавказья, Прибалтики.

В то же время в тылу белых предпринимались попытки к налаживанию нормальной жизни.

Там, где позволяла обстановка, возобновлялась работа заводов и фабрик, железнодорожного и водного транспорта, открывались банки и велась повседневная торговля.

Были установлены твёрдые цены на сельскохозяйственные продукты, принят закон об уголовной ответственности за спекуляцию, восстанавливались в прежнем виде суды, прокуратура и адвокатура, избирались органы городских самоуправлений, свободно действовали многие политические партии вплоть до эсеров и социал-демократов, почти без ограничений выходила пресса.

Деникинским Особым Совещанием было принято прогрессивное рабочее законодательство с 8-часовым рабочим днем и мерами по охране труда, которое, однако, не нашло практического претворения в жизнь.

Деникинское правительство не успело полностью осуществить разработанную им земельную реформу, в основу которой должно было лечь укрепление мелких и средних хозяйств за счёт казённых и помещичьих земель.

Действовал временный колчаковский закон, предписывающий, до Учредительного собрания, сохранение земли за теми владельцами, в чьих руках она фактически находилась. Насильственный захват прежними владельцами своих земель резко пресекался. Тем не менее, подобные инциденты всё же происходили, что в совокупности с грабежами в прифронтовой зоне отталкивало крестьянство от лагеря белых.

Позиция А. Деникина по языковому вопросу на Украине была выражена в манифесте «Населению Малороссии» (1919): «Объявляю государственным языком на всем пространстве России язык русский, но считаю совершенно недопустимым и запрещаю преследования малорусского языка. Каждый может говорить в местных учреждениях, земствах, присутственных местах и в суде по-малорусски.

Местные школы, содержимые на частные средства, могут вести преподавание на каком угодно языке. В казенных школах … могут быть учреждаемы уроки малорусского народного языка… Равным образом не будет никаких ограничений в отношении малорусского языка в печати…».

Деникин пробыл в Англии лишь несколько месяцев. Осенью 1920 вместе с семьей покинул ее, убедившись, что Великобритания взяла курс на признание Советской России и отказ от поддержки белого движения.

С 1920 по 1922 жил в Бельгии, затем — в Венгрии, а с 1926 — во Франции. Занимался литературной деятельностью, выступал с лекциями о международном положении, издавал газету «Доброволец». Оставаясь убежденным противником советского строя, призывал эмигрантов не поддерживать Германию в войне с СССР (лозунг «Защита России и свержение большевизма»).

После окупации Франции Германией в категорической форме отказался от предложений гитлеровцев о сотрудничестве и переезде в Берлин.

Усилившееся после Второй мировой войны советское влияние в странах Европы вынудило А. И. Деникина переехать в США в 1945, где он продолжил работу над книгой «Путь русского офицера», выступал с публичными докладами.

В январе 1946 Деникин обратился к генералу Д. Эйзенхауэру с призывом остановить насильственную выдачу в СССР бывших российских подданных.

Скончался в 1947 от сердечного приступа.

Перед смертью завещал, чтобы его останки перевезли на Родину, когда Россия станет свободной.

2 октября 2005 года прах генерала Деникина и его жены был перевезён в Москву для захоронения в Свято-Донском монастыре.

Перезахоронение было осуществлено по просьбе дочери Деникина, Марины, и по указанию российского президента Владимира Путина.

Сочинения Антона Ивановича Деникина

  • 1.Очерки русской смуты, в 5-ти тт., Париж, 1921-1923
  • 2.Старая армия. 1929
  • 3.Офицеры. 1931
  • 4.Путь русского офицера, 1953.

cyber
Оцените автора
CyberLesson | Быстро освоить программирование Pascal и C++. Решение задач Pascal и C++
Добавить комментарий